Недостаток опеки (гипоопека), как и её избыток (гиперопека) наносят неокрепшему морально, духовно и физически ребенку непоправимый вред. Любые полюсные сверх проявления родительской любви могут воспитать в ребенке комплексы на всю жизнь. Зачастую для избавления от комплексов человек тратит титанические усилия после взросления и не всегда это удается. В родительской любви должна присутствовать мера. Попробуем доказать это в дальнейших выкладках: 

gipogipopekpo1

Маменькин сынок – последствия сверх опеки детей

Володя и его взаимоотношения с мамой давно уже стали притчей во языцех. Он обязан быть дома не позже восьми часов вечера — иначе мама начинает методично обзванивать сначала всех его приятелей, затем городские станции «скорой помощи» и морги. Все праздники — дни рождения, Новый год и т. п. — проходят исключительно в узком семейном кругу (горячо любимая тетя, двоюродная сестра и племянник). Встречи с друзьями (строго проверенными мамой) — опять же на домашней территории. Мама приходит в ужас, если кто-то зовет Володю в бар пропустить по кружечке пива и поболеть за любимую футбольную команду… А между тем Володе уже 32 года.

Впрочем, эту ситуацию можно было предсказать еще тогда, когда ныне грузный и уже лысеющий мужчина пребывал худеньким златокудрым херувимом с доверчивыми голубыми глазами и ходил в детский сад. Единственный ребенок в семье. Более того, поздний ребенок. Более того, фактически единственный мужчина в жизни мамы…

Для немолодых мам-одиночек, воспитывающих единственного ребенка, склонность к гиперопеке типична. Вся нереализованная любовь такой женщины обрушивается на любимое чадо. Соответственно, и от чада подсознательно ожидается ответная реакция: оно должно самим фактом своего существования и всем своим поведением восполнить тот дефицит любви, тепла, привязанности и верности, который сформировался у матери за долгие годы.

И, как правило, такая миссия для ребенка оказывается непосильной. Он фактически обречен всю жизнь чувствовать себя неблагодарным отпрыском. Он всегда будет ощущать свою зависимость — потому что его маме хочется, чтобы он зависел от нее (иначе ради кого жить?).

gipogipopekpo2

А главное — он вряд ли решится когда-либо покинуть свою мать, чтобы начать жить самостоятельной жизнью.

Гиперопека, как симбиоз мамы и ребенка – отказ от общения с противоположным полом

И здесь есть два обстоятельства, усугубляющих ситуацию. Во-первых, чем старше мать, тем сильнее она боится остаться одна. Да и помимо ее внутренних страхов, объективных причин для беспокойства за нее все больше: мы ведь с годами, увы, не молодеем и здоровье не становится крепче. Поэтому сын или дочь должны всегда быть рядом — мало ли что?

Во-вторых, как он/она будет жить без мамы? Разве сможет сварить себе суп, постирать джинсы, сделать ремонт в квартире? Сколько бы ни было лет ее чаду, матери всегда будет казаться, что ее ребенок еще недостаточно взрослый или просто не такой, как все, — неприспособленный к жизни и т. д. И вряд ли она рискнет себе признаться, что сознательно воспитала его таким беспомощным. Чтобы он не мог без нее обойтись. Потому что она сама не в состоянии обойтись без него.

Возвращаясь к героям нашей истории, логично задать вопрос: «А что же сам Володя?» Почему он не протестует, не отстаивает свою мужскую независимость? В конце концов, почему просто не снимет себе отдельную квартиру, чтобы жить по собственному сценарию, а не по указке мамы? Увы, он давно уже не способен на это. Неудачные попытки бунта, конечно, бывают, но они столь же беспомощны и неуклюжи, как попытки Хоботова из «Покровских ворот» противостоять диктату своей бывшей супруги.

Парадокс заключается в том, что чем старше сын или дочь, тем сложнее ему или ей начать самостоятельную жизнь. В силу привычки. В силу несформированности умения быть самостоятельным. Наконец, в силу того, что при таком тотальном контроле со стороны матери у сына/дочери практически не остается шансов найти себе партнера, с которым он/она могли бы создать семью. В такой намертво спаянной паре «мать—ребенок» третий всегда будет лишним.

Когда ребенок растет под игом гиперопеки, то в юности ему чрезвычайно сложно выстраивать отношения с противоположным полом. Если это юноша, то его избранницу мать наверняка воспримет как конкурентку, посягающую на любовь и внимание сына. А в борьбе с конкурентами, как известно, все средства хороши. Но, возможно, девушке в подобной ситуации еще тяжелее. Нередки ситуации, когда гиперопекающая мать создает в своей семье изолированную пару с дочерью, полностью исключая отца из круга общения девочки.

gipogipopekpo3

И когда та вырастает, оказывается, что у нее нет практически никакого опыта общения с мужчинами. Зато есть солидный багаж маминых стереотипов, и, беря их на вооружение, девушка неизбежно повторяет все мамины ошибки, в результате которых теряет одного партнера за другим.

Последствия недостатка внимания со стороны родителей – гипоопека детей

Впрочем, о гиперопеке и ее пагубных последствиях для ребенка и родителей написаны тонны литературы. А вот о ее двойнике — гипоопеке — говорят значительно реже. Казалось бы, все понятно: недолюбленные, недоласканные, заброшенные дети вырастают в социально неблагополучных семьях, когда родители пьют, употребляют наркотики и т. д. и им просто не до детей. Но, увы, подобная проблема может возникнуть и у ребенка вполне респектабельных родителей.

Моя подруга Евгения — женщина яркая и неординарная. В молодости она вела полубогемную жизнь, блистала на различных музыкальных тусовках, хотя сама никогда ни на чем не играла. Сейчас у нее своя небольшая турфирма, раза три-четыре в год Евгения ездит за границу в различные рекламные туры и на концерты любимых рок-групп. Она чрезвычайно интересная собеседница, ее рассказы о своей жизни и поездках можно слушать часами… Но, когда на пороге комнаты, где мы с Евгенией весело щебечем, темной готической тенью появляется ее сын, меня каждый раз охватывает какое-то щемящее чувство. Атмосфера тоски и одиночества, окутывающая этого хмурого юношу, ощущается просто физически.

«Да Андрюха всегда такой, не обращай внимания!» — говорит Евгения. С самого рождения сына она внушила себе мысль, что он просто не нуждается в ее любви. И маленькому Андрюше ничего не оставалось, кроме как соответствовать маминым ожиданиям. Он практически никогда не плакал и ни о чем не просил. С первого класса в школу ходил сам в другой район города. Уроки делал, когда хотел и как хотел. Придя после школы домой, привычно говорил: «Мам, я есть хочу», но мама, занятая своими делами и вообще не любящая возню на кухне, отвечала: «Иди лучше поспи». Мальчишка шел спать, просыпался вечером, когда ужин был окончен (а случалось и так, что мама, перехватившая что-то где-то по дороге с работы, и вовсе забывала о вечерней трапезе), и, придя на кухню, просто съедал то, что находил в недрах холодильника. А утром с поразительным спокойствием выдерживал бурю маминого возмущения на тему «Опять ночью все сожрал, паразит! Хоть бы о других подумал…»

 

Даже не обижаясь — для него это просто было нормой. Своего рода игрой типа «А Васька слушает да ест…» Действительно, кто и когда учил его думать о других – не на словах, а на деле?

Эмоциональный изгой – проблемы недостатка любви и внимания

Проблема детей, которым уделяют недостаточно внимания, даже не в том, что они испытывают дефицит объятий и прикосновений. Сами по себе восемь дежурных объятий в день, которые рекомендуют американские психологи, не помогут ребенку почувствовать себя любимым, если глаза обнимающего родителя устремлены не на него, а в пространство, в монитор компьютера или в пучину собственной депрессии.

Главная проблема, когда маленький человек остается один на один с огромным, сложным и непредсказуемым миром. Предоставленный самому себе, ребенок не получает внятной обратной связи от родителей в ответ на свое поведение. За хороший поступок, победу, достижение его никто не похвалит, также как за проступок или сознательно причиненное зло никто не накажет.

Порой родители такого ребенка даже гордятся его независимостью, бравируют ею: мол, мы передовые родители, воспитываем ребенка по японской методе — ничего не запрещать, ничего не заставлять. Речь идет о сознательном самоустранении из воспитательного процесса. Причина же, как правило, в неприятии собственного ребенка и стремлении как можно меньше контактировать с ним — неважно, по какому поводу. Увы, нередко за этим стоит неприятие другого родителя (например, мать по каким-то причинам испытывает отвращение к отцу ребенка), а малыш даже своим внешним сходством постоянно напоминает об этом неприятном человеке.

Разумеется, ребенок всегда чувствует это эмоциональное отвержение и тяжело переживает его. Но реагировать дети могут по-разному. Одни, как сын моей знакомой, полностью замыкаются в себе. Другие жадно ловят даже жалкие крохи драгоценного родительского внимания и бурно реагируют и на каждую мамину улыбку, и на каждое ее резкое, раздраженное слово, впадая буквально в панику. Третьи же, как голодные кошки, готовы ластиться и буквально вешаться на шею любому, кто проявит к ним маломальское внимание.

gipogipopekpo4

Увы, вместо столь желанной безусловной любви малыш рискует получить еще одну порцию отвержения, поскольку такое поведение обычно лишь раздражать взрослых.

Дефицит родительской любви – на выходе те же проблемы, что и при сверх опеке

Впрочем, порой избыток педагогического рвения ничуть не лучше — а может быть, даже губительнее, — чем его недостаток. Корень проблемы все тот же – внутреннее неприятие родителем своего ребенка. Но внешне это может выражаться диаметрально противоположно: родители начинают изо всех сил воспитывать — точнее, исправлять —свое чадо, которое принципиально их чем-то не устраивает. Им кажется, что ребенок не так умен, не так красив, как хотелось бы, и вообще он неправильно поступил, родившись мальчиком вместо девочки или наоборот. В этом случае, разумеется, малыш растет с глубоким и неизбывным чувством собственной вины перед родителями - ведь он не такой, как бы им хотелось. А все его общение с родителями сводится к бесконечным воспитательным беседам. Кажущиеся правильными методы воспитания ставятся во главу угла, а реальные потребности самого ребенка, в том числе потребность в тепле и заботе, совершенно выпадают из сферы внимания горе-педагогов. Нередко в этом стиле воспитания в ход идут физические жесткие наказания и пагубные моральные унижения.

Как это ни парадоксально, и гиперопека, и гипоопека приводят к общему результату, называемому психологами выученной беспомощностью.
Чрезмерная опека лишает ребенка самостоятельного преодоления трудностей. В результате опеки он не способен к мобилизации в трудных ситуациях, поскольку привык ждать помощи от взрослых. Малейшее препятствие он готов расценивать как непреодолимое. Ребенок, которому недостает родительского внимания и заботы, растет с глубинным ощущением непредсказуемости враждебного окружающего мира. Ему кажется, что не стоит даже пытаться как-либо повлиять на происходящее с ним. Такой ребенок, как правило, апатичен, безынициативен, легко впадает в депрессию, склонен избегать незнакомых ситуаций и контактов. Но главная опасность таится в неутоленном эмоциональном голоде, что делает его беззащитным перед различными пагубными зависимостями; кроме того, такой ребенок легко поддается влиянию посторонних, не всегда доброжелательных, людей на его неустойчивые убеждения и ситуационное поведение.

К сожалению, мы, родители, зачастую не осознаем истинных мотивов своего родительского поведения и тех стереотипов, которые унаследовали от собственных пап и мам. Но если вдруг хотя бы на минуту вам показалось, что написанное отчасти верно и по отношению к вам и вашему ребенку — значит, пора задуматься, во власти каких стереотипов вы находитесь. И, конечно, попытаться что-то изменить.

 

Культурный отдых в Праге – лучшие мало раскрученные места. Источник: